Реферат RUS  Реферат ENG  Литература  Полный текст

Мои светлые воспоминания о С.Н. Федорове


1МНТК «Микрохирургия глаза» им. акад. С.Н. Федорова Росмедтехнологии» Минздрава РФ

     «Мы обижаемся… и любим.

    Нам от ошибок не уйти.

    Не Боги мы, а просто люди, Земные, грешные у нас пути» И. Чернухин

     По мнению великого французского писателя Оноре де Бальзака воспоминания — это рай, из которого никто и никогда не может тебя изгнать. Какими будут эти воспоминания, зависит от тебя и окружающих тебя людей. Хорошие воспоминания греют душу и наполняют сердце радостью.

    Воспоминания бывают разные: нежные и обжигающе грубые, веселые и ироничные, блистательные и озорные. Воспоминания бывают разные… Мои воспоминания о 32 совместно проработанных годах со Святославом Николаевичем только счастливые. Это была жизнь совершенно другого цвета и запаха. Все крутилось вокруг гениального человека. Мы всегда были в приподнятом настроении, и мы все были отчаянными оптимистами. У нас были планы на будущее и мечты. Мы часто в жизни слышим: «Прекрасное далёко, светлое будущее». Но мы хотели и жили в прекрасном и светлом настоящем.

    В любой ситуации все люди делятся на добрых и злых, трудолюбивых и бездельников, талантливых и бездарей, за все болеющих и глубоко безразличных.

    Мне импонирует деление людей на две категории Эльдара Рязанова. Он делит людей на «Да» и «Нет».

    Человеку говорю: «Я хотела бы попросить тебя…», а он уже говорит: «Да», не зная, что я хотела бы попросить его об одолжении 10000 $. Другому говорю: «Я хотела бы попросить тебя…», а он уже говорит: «Нет», не зная, что я хотела бы попросить у него стакан воды.

    Святослав Николаевич был человеком «Да». С ним всегда можно было найти общий язык, он мог войти в твое положение и помочь. Он всегда говорил: «Да». Как-то я, вооружившись цифрами моей хирургической деятельности, особо подчеркнув суммы, которые я зарабатывала для института, пришла в его кабинет и стала подробно излагать данные о своем значительном вкладе в экономику института. Он слушал, а потом говорит: «Я знаю, что ты хорошая, знаю тебе цену. Что ты хочешь? Я со всем соглашусь и скажу «да».

    Говорят, что неважно, верите ли вы в Бога, важно, чтобы Бог верил в вас. О вере Святослава Николаевича в Бога можно было только догадываться. Может он, занятый своей работой, просто не догадывался о Его существовании. Но в одном я твердо убеждена, что Бог горячо любил Святослава Николаевича, покровительствовал его деяниям и благословлял его.

    Святослав Николаевич старался изучать глубоко и полно любую проблему, за решение которой он брался, памятуя истину: «Тот, кого лечат по медицинским справочникам, рискует умереть от опечатки».

    Первая интраокулярная линза «Спутник» прошла долгий путь экспериментальных и клинических испытаний, прежде чем окончательно утвердиться в глазу человека. Сколько открытого недоверия и нападок со стороны корифеев– офтальмологов он выдержал с честью. За первые имплантации интраокулярных линз в глаз больного Святослава Николаевича чуть не лишили диплома врача. Через много лет, когда все признали его «Спутник», я присутствовала на коллегии Минздрава РФ. Подводя положительный итог работы очередной комиссии, министр здравоохранения Н.Т. Трубилин сказал судьбоносные слова: «Мне стыдно этих стен, которые были свидетелями, когда мы на очередной коллегии чуть не лишили доктора Федорова его врачебного диплома». Только такой боец, как Святослав Николаевич, смог вынести все нападки и выйти победителем в труднейшей борьбе, которая длилась всю его жизнь.

    Святослав Николаевич делал одно открытие за другим. Коллеги только научились делать кератотомию, еще не совсем привыкнув к ее замечательным результатам, а он уже выражал недовольство качеством разрезов, производимых обычным лезвием.

    Святославу Николаевичу пришла в голову идея создания алмазного лезвия. Он досконально изучил свойства алмаза, способы его обработки и заточки. В конечном итоге получился замечательный инструмент для разреза тканей глаза, который обошел весь мир, умножая славу Славы, и продолжает достойную жизнь после его ухода. Уильям Джеймс был уверен, что величайшая польза, которую можно извлечь из жизни, — потратить ее на дело, которое переживет вас. Философ не знал Святослава Николаевича, но его слова оказались пророческими в отношении моего Учителя.

    Святослав Николаевич следовал девизу В.И. Ленина: «Учиться, учиться и еще раз учиться!». Учился сам, учил нас, а мы учили своих коллег всего Советского Союза и зарубежных коллег. Учили всему тому новому, что сами знали и умели делать. Нашими учениками были и молодые, и убеленные сединой и опытом коллеги. И хотя мы были безумно молодыми, наш опыт в имплантации ИОЛ и рефракционной хирургии был несравненно высоким. Но это не давало нам права кичиться им. Святослав Николаевич говорил: «Глядя в прошлое, снимите шляпу, глядя в будущее, засучите рукава», что мы и делали и были счастливы. Памятуя о том, что кто не может найти счастье в начале пути, тот не найдет его и в конце дороги, а нам всем хотелось быть счастливыми всегда.

    Все, что делал Святослав Николаевич, относилось к области фантазии, которая становилась явью.

    Незабвенный Остап Бендер говорил: «Киса! Зачем вам деньги? У вас нет фантазии!». Людям нужна фантазия, люди без фантазии скучны и сухи, они только наполовину живут. По мнению Александры Колонтай, человек с фантазией проживает 100 жизней сразу. Он умеет жить за себя и за других, в прошлом и в будущем, изменять мир к лучшему своими фантазиями, даже если они не всегда реальны. Святослав Николаевич был отчаянным фантазером, и все его невероятные фантазии по тем временам всегда сбывались. И я не помню ни одной его фантазии, которая бы канула в лету.

    Однажды Святослав Николаевич побывал на птицеферме, где работало несколько специалистов, а все работы были автоматизированы, все шло по конвейеру: питание животных, сбор яиц и т.д. В Институт Святослав Николаевич вернулся обуреваемый идеей создать конвейер, которому он уже дал название «Линия прозрения». Когда весть об этой новой новации распространилась по всей врачебной Москве, мир офтальмологов взорвался: неслыханная дерзость оперировать на конвейере! Но Святослав Николаевич упорно шел к своей необычной цели и строил один конвейер за другим. Тогда, при обсуждении этой идеи, Дина Иосифовна сказала: «Как хорошо, что, когда он построит свой конвейер, мы будем уже на пенсии!», а через 1,5 года она уже оперировала на первом конвейере в Институте.

    Несмотря на протест всех офтальмологов бывшего Союза, «Линия прозрения», она же конвейер, по сути, здорово выручила нас и наших пациентов, которых в то время было очень много. Пациенты были довольны: главные этапы операции выполняли экстрахирурги.

    Я безоглядно верила всем фантазиям Святослава Николаевича. Однажды, вернувшись из декретного отпуска, я услышала, что в Космосе все готово к приему пациентов, и пришла в полное замешательство.

    На следующий день отрапортовали, что в Космосе сделано 5 операций. Я была в шоке: как же можно оперировать в невесомости? Как туда доставляют пациентов? А самое главное — зачем создавать себе такие неудобства и проблемы? Спросить боялась, чтобы не показаться отсталой. Но вскоре все прояснилось: оказывается, Космосом была гостиница «Космос» на проспекте Мира, впервые приспособленная для лечения иностранных пациентов. По сей день мы смеемся, вспоминая этот эпизод. Вот что творит вера в своего кумира.

    Только на первый взгляд фантазии Святослава Николаевича казались нереальными и несбыточными. Он всегда четко знал, что он хочет и что может сделать. Он жил по заповеди: Господи! Дай мне силу, чтобы мог изменить то, что могу изменить. Дай мне мужество принять то, что я не могу изменить. И дай мне мудрости отличить одно от другого.

    Скромность по-настоящему замечательных людей, которая кажется нам поразительной, объясняется тем, что они, как правило, мало знают о себе самих, редко думают о своем «Я» и чувствуют себя обыкновенными людьми. Святослав Николаевич никогда не думал, как он выглядит, что о нем скажут люди. Он всегда был самим собой, говорил то, что думал, и делал так, как считал правильным. Служить на благо своим пациентам он считал смыслом жизни.

    И когда я читала интервью с князем Орловским, я удивилась: как эти два человека, жившие в разное время, не знавшие друг друга, мыслили одинаково? Корреспондент спросил князя Орловского: «В чем заключается существо радости, счастье и смысл жизни?». На что князь Орловский ответил: «Самая высшая человеческая радость — это когда доставлять ее другим станет твоей главной потребностью и стремлением, смыслом твоей жизни, твоим счастьем».

    Девизом жизни Святослава Николаевича было доставлять радость прозрения людям, что составило его счастье и смысл его жизни.

    Говорят, что знаменитость — это человек, который всю жизнь кладет на то, чтобы добиться известности, а потом ходит в темных очках, чтобы его не узнали. Я никогда не видела Святослава Николаевича в темных очках. Не обращая внимания на свою невероятную знаменитость, популярность и узнаваемость во всем мире, он использовал эти качества на службу людям. Он не мог допустить, чтобы высочайший уровень микрохирургической техники, огромный диапазон сложных офтальмологических вмешательств, блестящие результаты, высокие технологии, разработанные в Институте, остались уделом столичного заведения, в то время как неудовлетворенная потребность в качественном офтальмохирургическом лечении, трудности реализации достижений науки в практике и обеспечении высококвалифицированной помощью населения России была вопиющей. Об этом Святослав Николаевич выступал на страницах печати, обращался в Правительство и в конечном итоге был создан МНТК «Микрохирургия глаза» с 11 филиалами по всей России.

    Говорят, что только тот может позволить себе не плясать под чужую дудку, кто надеется получить оркестр. Святослав Николаевич никогда не плясал под чужую дудку. Он не надеялся, а создал свой оркестр — большой симфонический, где по одной партитуре и по сей день играет 4500 человек, а сам стал великим дирижером и композитором новых прогрессивных и высоких технологий.

    Создавая МНТК «Микрохирургия глаза», Святослав Николаевич прежде всего думал о людях, которые волей судьбы живут далеко от Москвы, но болеют теми же болезнями, что и москвичи. Он, как говорят, смотрел в воду и видел те тяжелые времена, когда обедневшее население богатейшей страны не сможет приезжать в столицу за высококвалифицированной офтальмологической помощью. Святослав Николаевич, как истинный патриот России, пошел на то, чтобы зарубить «курицу», несущую нам «золотые яйца», и построил сеть глазных клиник, приблизив высокие технологии к людям.

    Святослав Николаевич был во всем необыкновенным человеком, от него исходила потрясающая энергия. Сижу утром на конференции и вдруг чувствую что-то, что заставляет меня оглянуться: в зал входит Святослав Николаевич и своей необычной упругой походкой идет по проходу. У Р. Гамзатова есть такие строки: «….слышал, что стихами Авиценна писал рецепты для больных людей. Я слышал, что излечивался мгновенно своею музыкой Орфей…» Если бы жив был поэт, я попросила бы пририфмовать к стихам строки о Святославе Николаевиче, целителе от Бога, человеке с большой силой убеждения и верой, что чтобы не случилось — все будет хорошо.

    Я часто видела, как оперировал Святослав Николаевич. Иногда что-то не заладится, пойдет не так, как надо. Все вокруг нервничают и задаются грустной мыслью: что же завтра будет. А завтра глаз, как алмаз. И тогда приходит мысль, что руки Святослава Николаевича обладают какой-то доброй энергией и силой убеждения.

    Святослав Николаевич говорил, что обыкновенному человеку отведено всего 75 лет. Он немного не дотянул до этого срока, семьдесят два раза он встречал зиму, осень, лето и свою неповторимую весну. Так мало, если вдуматься. Он спешил жить в полную силу, не тратил свои лучшие годы на ненужную суету, забывал обо всех сомнительных благах. И всегда стремился к новому, не боялся бороться, рисковать и всегда побеждал. Несмотря на свою чрезмерную занятость, он любил и не забывал смотреть на траву и на море, на небо и звезды, на горы и степи. Любил музыку, лошадей и огромную скорость, с которой он мчался на своем мотоцикле и по жизни.

    Сегодня нам очень не хватает Святослава Николаевича. Я не видела его погибшим и мне кажется, что он жив и просто уехал куда-то и задержался с возвращением. Его портрет висит у меня в кабинете напротив моего рабочего места, и я часто обращаюсь к нему за советом, рассказываю обо всем, что происходит в его детище, и я чувствую по его взгляду, что он радуется за нас, он доволен, что мы выстояли и продолжаем жить полной жизнью, идя по намеченному им ПУТИ.

    Читая стихи Е. Черных, мне показалось, что в одном из них поэт писал о Святославе Николаевиче: «Много весен прошло, много зим, Стал и я старше многих живущих, Но хочу быть всегда молодым, Человеком в дорогу идущим!» В 90-е годы перестройки Святослав Николаевич учил нас новым формам управления. На директорских совещаниях и утренних конференциях мы учились принципам хозрасчета, изысканиям новых источников дохода, экономическим расчетам, и не успевали за ходом его мыслей. У нас у каждого сохранились целые тетради, наполненные новыми экономическими идеями времен перестройки.

    Однажды с российской делегацией я выехала в Хельсинки, где проходила выставка, в рамках которой проходил бизнес-семинар. Собрались бизнесмены Финляндии, чтобы послушать, как обстоят дела в разных отраслях хозяйства перестраивающейся России на новый лад. Выступало 5 специалистов из самых разных областей. Четверо мужчин — именитых руководителей больших хозяйств — говорили о трудностях перестроечного периода, о новых формах хозяйствования.

    Я выступала последней. Несколько дней я штудировала мои записи экономического ликбеза, вспоминая все речи Святослава Николаевича и все его наставления. Встав за кафедру, я быстро и детально изложила, как можно хорошо и быстро зарабатывать деньги, обеспечивая людям высокие и стабильные доходы. Говорю, а сама вижу, что все сидящие в зале мужчины улыбаются. С ужасом думаю — не верят! Может, я не убедительно говорю. А ларчик просто открывался: я, одетая в белый костюм и яркую голубую блузу, стояла под финским бело-голубым флагом и бодрым голосом вещала, как легко зарабатывать большие деньги, и это на фоне моих 4 предшественников, которые вещали о трудностях перестройки. И я вздохнула с облегчением и с гордостью за Святослава Николаевича подумала, что улыбки вызвала не его система управления, а ситуация, в которую я попала.

    Святослав Николаевич был очень общительным человеком. Он испытывал большое наслаждение, когда встречал людей, близких ему по духу, которые понимали его.

    Первым американским офтальмологом, посетившим наш институт, был профессор Майкл Гелин.

    Женщины подразделения Святослава Николаевича, которые составляли большинство команды, обхаживали Святослава Николаевича и его гостя: варили борщи, пекли блины, делали русские салаты. Однажды М. Гелин, наевшись до отвала, сказал: «Я теперь понимаю тебя, Слава, и знаю, почему ты держишь так много женщин — они тебя хорошо кормят!». На что Святослав Николаевич улыбнулся и не стал разубеждать гостя. Он умолчал, что женщины не только хорошо кормят, они хорошо и работают, не хуже, чем его обожаемые мужчины. Вот и И. Бунин придерживался не очень лестного мнения о женщинах, когда писал: «Карета портит дорогу, вода портит вино, а женщина – душу мужчины!». Но Святослав Николаевич вопреки всему окружал себя женщинами и любил их.

    Однажды в нашем Институте случился свой финансовый путч, как назвал Святослав Николаевич приход в его кабинет делегации из заведующих отделами. Главная цель этого демарша — просить повысить зарплату научным сотрудникам, которые в это время получали меньше, чем врачи, имея больше нагрузки по обеспечению науки на должном высоком уровне. Святослав Николаевич рассвирепел, обозвал нас ГКЧПистами, доказывая, что недостаток денег заставляет лучше работать наши мозги, улучшая качество работы.

    Я слушала его, а про себя думала: «Как хорошо, что он не знает истории из жизни Эрнеста Хемингуэя, которая состояла в том, что писатель написал роман «Там за рекой в тени деревьев», критики разнесли роман в «пух и прах». Хемингуэй обиделся и решил больше не писать, но деньги кончились, и он сел и за 2 часа написал повесть «Старик и море», за которую получил Нобелевскую премию. Писатель сделал серьезный вывод: «Отсутствие денег улучшает качество работы». Гении всегда думают одинаково.

    Так я думала, но вслух сказала совсем другое: – Святослав Николаевич, а вы не боитесь, что наша наука при таком скудном обеспечении скатится на уровень Петьки? Святослав Николаевич опешил и недовольно спросил: – Кто такой Петька? – Друг В.И. Чапаева, — ответила я.

    – Ну и? И я ему поведала анекдот: – Однажды между боями Петька решил провести научный эксперимент: поймал таракана, оторвал две лапки, свистнул, таракан побежал. Оторвал еще две лапки, свистнул, таракан пополз. Оторвал все лапки, свистнул, таракан не двигается. И Петька сделал главный вывод: «Без ног не слышит!».

    Другой, может быть, выгнал бы меня за эту дерзость, но Святослав Николаевич улыбнулся и сказал: «Ваша взяла!», и повысил зарплату. А мы разошлись без кадровых потерь! В те времена мы часто ездили за рубеж на конференции. Но особый смысл приобретали поездки со Святославом Николаевичем. Однажды делегация из пяти человек поехала в Индию с целью обучить индийских врачей имплантации нашего «Спутника».

    Работали в городе Хайдарабаде: читали лекции и оперировали, а после работы были приемы с различными представителями власти. Но кроме работы очень хотелось посмотреть достопримечательности Хайдарабада. С этой целью Святослав Николаевич поднимал нас в 5-6 часов утра, и мы ехали на экскурсии. В один из таких дней мы приехали в зоопарк.

    Звери еще спали и не ждали нас так рано, но кое-кого нам все-таки удалось разбудить.

    Нам очень повезло, что индийские свадьбы иногда начинались очень рано, и мы попали на одну из них. Это целый спектакль, где, как в цирке, зрители сидели вокруг арены, где проходило действо. Одно меня поразило очень: теща мыла жениху ноги в серебряном тазике. Мы спешили в клинику и не увидели, выпила она воду или вылила.

    Принимал нас профессор Сива Рэди. Предварительно он был у нас в клинике. Мы уже работали дней 5, когда наш друг-переводчица Дурга принесла нам газету, которая вышла за 2 дня до нашего приезда. В этой газете была небольшая статья, которая утверждала, что профессор Федоров и его коллеги приезжают в Хайдарабад, чтобы учиться у С. Рэди имплантации интраокулярной линзы. Я думала, что Святослав Николаевич, оскорбившись, тут же соберется и уедет из Индии, но ничего подобного не случилось, он даже не стал выяснять отношения с С. Рэди. Он просто позвал к себе журналиста этой же газеты и дал интервью, в которой подробно объяснил, как С. Рэди приезжал к нам учиться имплантации, как с этой же целью обучения индийских коллег наша делегация приехала в Хайдарабад.

    Статья получилась примерно в 6 раз больше той, которую мы увидели в ранее вышедшей газете.

    Я вспоминаю и другой совершенно невероятный случай, который произошел во время нашей поездки.

    В марте в Хайдарабаде стояла сорокаградусная жара, и после работы мы шли в бассейн при гостинице «РИЦ», чтобы поплавать и на какое-то время спастись от жары. В бассейне была вышка с площадками на высоте З м и 5 м. Самые отчаянные мужчины иногда прыгали с трехметровой площадки. Святослав Николаевич, несколько дней плавая, посматривал на вышку. А я наблюдала, ломая голову: как же он взойдет хотя бы на трехметровую высоту? То, что он предпримет попытку, я уже не сомневалась. И вот однажды Святослав Николаевич подтянулся на руках и вылез из воды. Подпрыгал на одной ноге к лестнице и остановился. Все вокруг замерли и уставились на Святослава Николаевича, а он некоторое время думал.

    Ему предстояло сделать окончательный выбор: или очертя голову броситься вверх, махнув рукой на бунтующий инстинкт самосохранения, или потом на всю жизнь лишиться самоуважения. Прыгни он обратно в воду, его никто бы не осудил, наоборот, он снял бы камень с сердец наблюдателей. Но Святослав Николаевич выбрал самый сложный и невероятный путь: он встал на руки и, балансируя ногами, медленно пошел вверх. Мне показалось, что люди вокруг перестали дышать. Только неразумные цикады продолжали трещать в траве, а Святослав Николаевич медленно шел по мокрой, скользкой лестнице. И когда он поднялся на первую площадку, вырвался всеобщий вздох облегчения и ликования. Но Святослав Николаевич продолжал путь вверх. Дойдя до верхней пятиметровой площадки, он прыгнул и поплыл, не обращая внимания на аплодисменты и ликования зрителей. Мне казалось, что Святослав Николаевич и не услышал реакции людей. Он доказал себе, что он может сделать тоже, что и люди на двух ногах, что ему подвластна любая ситуация. Главное – это победа над собой.

    Святослав Николаевич был очень сильным физически человеком. Однажды после окончания заседания юбилейной конференции по случаю 70-летия Т.И. Ерошевского — учителя Святослава Николаевича, мы большой компанией отправились купаться на Волгу. Святослав Николаевич быстро вышагивал впереди и вдруг задорно выкрикнул: «Ребята, кто со мной на перегонки?». А я шла сзади с молодым профессором Б.Д. Живатовским из Астрахани, который на этот призыв тихо мне сказал: «Я бы поплыл с ним, но мне не очень удобно обгонять инвалида». Я его убедила, что Святослав Николаевич не обидится на него, если он обгонит его. Живатовский Б.Д. согласился. И они поплыли, через несколько секунд Святослав Николаевич вырвался вперед, оставив далеко позади молодого человека, который не знал, что Святослав Николаевич был чемпионом по плаванию Горьковской области, как впрочем и по шахматам, о чем я с умыслом утаила от Б.Д. Живатовского.

    На российские и союзные съезды и конференции мы выезжали большими делегациями. Так в Ростов-на-Дону выехали на собственном автобусе.

    Выехав из Москвы, Святослав Николаевич сел за руль и погнал по трассе. Свист и жезл ГАИшника потребовал остановиться. Святослав Николаевич сознательно проехал вперед и быстро скинул свои майку и кепку, в которые облачился законный водитель автобуса Боря Шарафетдинов. Святослав Николаевич спрятался на заднем сидении. Когда подошел блюститель порядка на дорогах, Боря уже сидел за рулем и протягивал документы. ГАИшник засомневался: – Нет, нет, водитель был крупнее, и голова его была больше, — бушевал представитель власти на дорогах.

    Боря стал убеждать: – Но майка и кепка те же, и они мои. Документы в порядке, — доказывал Боря. И автобус двинулся дальше, через некоторое время автобус подрулил к зданию съезда. За рулем снова сидел Святослав Николаевич, а удивленная толпа офтальмологов приветствовала нас. Его великой слабостью было поражать людей чем-то необычным, и он никогда не упускал случая.

    В 1986 году к нам в Институт приехал важный гость — Фидель Кастро. Святослав Николаевич нашел с кубинским гостем общий язык. Во время визита важного гостя случилось для нас заурядное, а для служб Госбезопасности жуткое ЧП. Поднимаясь в оперблок на советском лифте из холла, Фидель Кастро и Святослав Николаевич застряли между этажами. Поднялась неописуемая суматоха. Крупные ребята перекрыли все этажи, входы и выходы из них.

    Как они расценили ситуацию, можно было только догадываться. Но лифт скоро пошел и улыбающийся Святослав Николаевич и Фидель появились в оперблоке. Фидель Кастро сказал бледным, как полотно, служителям его безопасности: «Что вы так разволновались? Нам с профессором Федоровым надо было поговорить конфиденциально!».

    Долгое время наш коллектив был исключительно молодым. Наше первое праздничное собрание состоялось по поводу, если не ошибаюсь, 1 Мая. Тогда мы работали на 6 этаже 50 городской больницы и уже начинали чувствовать нехватку помещений.

    Святославу Николаевичу удалось заполучить подъезд в жилом доме рядом для морфологической службы.

    Вот там-то мы и собрались, накрыв «столы» на тумбах по краю лестницы. Не обращая внимания на скудность и убогость обстановки, нам было весело. Тогда я впервые увидела, как Святослав Николаевич танцевал на руках. Захватывающее зрелище! Шло время, мы росли профессионально и взрослели, но всегда рядом с нами в будни и праздники был наш обожаемый друг и учитель. Наше первое 50-летие — день рождения Святослава Николаевича.

    Собрались у него на даче: пили, ели, говорили тосты во славу Славы. А потом на берегу водохранилища был сделан снимок: мужчин попросили отойти в сторону, усадили Святослава Николаевича (он был в плавках), и сгрудились вокруг него только женщины.

    Снимок получился отменный, но никаких особых ассоциаций он нам не навеял. Некоторое время спустя к нам приехал немецкий коллега. Посмотрел на этот снимок и серьезно воскликнул: «Я и не знал, что в России существуют гаремы!».

    Фразу «Будьте мудры, как змеи, и просты, как голуби » — в полной мере можно отнести к Святославу Николаевичу. Умный, мудрый, гигант мысли, он мог быть очень простым и доступным для любого смертного.

    Однажды, когда мы работали на Всесоюзном съезде офтальмологов в Ташкенте, он получил приглашение в гости на узбекский плов от заведующей глазным отделением Нины Ивановны. Вечером Святослав Николаевич отправился в гости. Но, когда он позвонил в дверь, на пороге появилась незнакомая женщина, которая сообщила, что Нина Ивановна переехала в свой дом, и дала Святославу Николаевичу новый адрес. Кто-то другой обиделся бы на такую оплошность: пригласить в гости и дать старый адрес! Но Святослав Николаевич поймал такси и поехал по новому адресу. Калитка во двор дома была закрыта, где-то из глубины двора доносились веселые голоса; гулянье было в полном разгаре. Святослав Николаевич попытался позвонить, но кнопка звонка глубоко запала, и звонок не издавал нужных звуков. Другой на месте Святослава Николаевича уже точно обиделся бы и ушел. Но Святослав Николаевич с помощью перочинного ножа починил кнопку звонка, который залился звонкой трелью и привлек внимание хозяйки. Когда Нина Ивановна узнала о злоключениях Святослава Николаевича по ее вине, очень расстроилась. Но Святослав Николаевич ее утешил и приступил к дегустации узбекского плова.

    Когда-то в дни нашей бытности на базе 81 городской больницы я исполняла роль заместителя Святослава Николаевича по лечебной работе на общественных началах, т.е. была министром без портфеля. Портфеля-то не было, но за любую оплошность получала сполна. Тогда пациенты были на 3 этажах. Святослав Николаевич вечером после трудового дня поднимался на 4 этаж, чтобы посмотреть своих пациентов. И в это время все больные, которые были чем-то недовольны, обращались к нему со своими претензиями, обидами и жалобами на персонал. Он выслушивал их, смотрел в щелевую лампу, обещал разобраться. А утром разбирался со мной, обвиняя меня в мягкотелости, отсутствии характера, при этом рассказывал о своем сержанте (в дни его учебы в училище), который за любую провинность отправлял их чистить гальюн. Историю о кровожадном сержанте я слышала раз 20 и знала ее наизусть. Как-то в очередной раз, когда он ее рассказывал, мне так стало жалко себя, что слезы выступили у меня на глазах. Святослав Николаевич заметил, стушевался и говорит: «Ладно, забудь о сержанте, а когда я ругаю, смотри в окно и думай, что жизнь прекрасна и удивительна!».

    Прошло много лет, и уже в новом здании я снова оказалась на «ковре» в его новом большом кабинете.

    Святослав Николаевич очень разошелся, долго выговаривая мне что-то, вспомнив незабвенного сержанта, я сначала загрустила, а потом вспомнила его давнее пожелание: смотрю в окно, а во дворе сияет солнце, небо голубое, зелень буйная, птицы поют, и действительно жизнь прекрасна и удивительна. И я улыбнулась, Святослав Николаевич замер и говорит: «Что ты улыбаешься?». А ему и объяснила, что вспомнила его же совет. Он тоже заулыбался, как будто и не было разгневанного человека минуту назад. А я подумала, что только очень великий человек может так быстро сменить гнев на милость. Он всегда соглашался, что человек имеет право на ошибки, но всегда на новые (конечно, если их не очень много).

    Э. Хемингуэй дал определение счастью: «Счастье – это хорошее здоровье и плохая память». Очевидно, он имел в виду память на плохие события в жизни человека. Всегда ощущаешь, когда счастье проходит.

    И тогда мы говорим, как счастливы мы были! Счастье в настоящем времени, как правило, не замечаешь, а просто живешь и купаешься в счастье. Так и мы работали, творили и думали, что мы живем обычной жизнью. Но теперь-то мы знаем, что были по-настоящему счастливы. В те счастливые времена у нас был небольшой, но дружный коллектив единомышленников. Что греха таить, наши открытия имели много противников, а Святослав Николаевич завистников имел, соперников не зная (эти слова кто-то сказал о трагике Яковлеве). Он окружил себя соратниками, которые мыслили и работали по-федоровски. Он понимал, что у нас как на войне: один в поле не воин.

    Об этом же прекрасно написал Р. Гамзатов: «Две маленькие капли чисты и тихи, Две капли бессильны, пока не сольются. А, слившись, они превратятся в стихи, И молнией вспыхнут, и ливнем прольются».

    В стихи наши деяния не превратились (хотя о нас и слагали стихи), но результаты наших стараний осветили всполохами молний нашу любимую офтальмологию и пролились на нее мощным освежающим ливнем.

    Вспоминая о замечательном человеке, гениальном, мудром, талантливом Учителе, с которым свела меня моя замечательная судьба, я прихожу к выводу, что мне удалось прожить чудесную, счастливую, творческую жизнь. Свои воспоминания хочу закончить переводом стихотворения Larry S. Changges, который выразил мои мысли и отношение к Святославу Николаевичу: «Благодарю за то, что ты мой друг! За то, что ты веришь в меня, Когда я теряю веру в себя. Благодарю за то, что ты говоришь то, Что мне нужно слышать, Вместо того, что я хотел бы слышать. Благодарю за то, что ты стоишь на моей стороне, Но ты даешь и другую сторону для размышления. Благодарю за то, что ты знаешь, Что ты можешь и зависеть от меня, И за то, что просишь моей помощи, когда она тебе нужна. Благодарю тебя за то, Что ты всегда честен со мной, добр ко мне, За то, что ты есть! Благодарю за то, что ты друг мне во всем».

     Сведения об авторе: Мороз Зинаида Ивановна — доктор медицинских наук, профессор, Заслуженный врач Российской Федерации, заведующая отделом трансплантационной и оптико-реконструктивной хирургии переднего отрезка глазного яблока ФГБУ «МНТК «Микрохирургия глаза» им. акад. С.Н. Федорова» Минздрава России. 127486, Москва, Бескудниковский бульвар, дом 59а. Тел.: 8(499) 906-50-01.

    Е-mail: info@mntk.ru


Страница источника: 54
Роговица I. Ультрафиолетовый кросслинкинг роговицы в лечении кератоэктазий Научно-практическая конференция с международным участиемРоговица I. Ультрафиолетовый кросслинкинг роговицы в лечении...

Сателлитные симпозиумы в рамках ХIV ежегодного конгресса Российского глаукомного обществаСателлитные симпозиумы в рамках ХIV ежегодного конгресса Рос...

Сателлитные симпозиумы в рамках конференции Современные технологии катарактальной и рефракционной хирургии - 2016Сателлитные симпозиумы в рамках конференции Современные техн...

«Живая» хирургия в рамках конференции Современные технологии катарактальной и рефракционной хирургии - 2016«Живая» хирургия в рамках конференции Современные технологии...

Современные технологии катарактальной и рефракционной хирургии - 2016Современные технологии катарактальной и рефракционной хирург...

Сателлитные симпозиумы в рамках IX Российского общенационального офтальмологического форумаСателлитные симпозиумы в рамках IX Российского общенациональ...

На стыке науки и практикиНа стыке науки и практики

Федоровские чтения - 2016 XIII Всероссийская научно-практическая конференция с международным участиемФедоровские чтения - 2016 XIII Всероссийская научно-практиче...

Актуальные проблемы офтальмологии XI Всероссийская научная конференция молодых ученыхАктуальные проблемы офтальмологии XI Всероссийская научная к...

Восток – Запад 2016 Научно-практическая конференция по офтальмохирургии с международным участием Восток – Запад 2016 Научно-практическая конференция по офтал...

Белые ночи - 2016 Сателлитные симпозиумы в рамках Международного офтальмологического конгресса Белые ночи - 2016 Сателлитные симпозиумы в рамках Международ...

Занимательная аккомодологияЗанимательная аккомодология

Невские горизонты - 2016 Научная конференция офтальмологовНевские горизонты - 2016 Научная конференция офтальмологов

Заболевания глазной поверхности. Взгляд со всех сторонЗаболевания глазной поверхности. Взгляд со всех сторон

Интересное об известномИнтересное об известном

Новые технологии в офтальмологии 2016 Всероссийская научно-практическая конференция Новые технологии в офтальмологии 2016 Всероссийская научно-п...

Витреоретинальная хирургия. Макулярный разрывВитреоретинальная хирургия. Макулярный разрыв

Современные технологии лечения витреоретинальной патологии - 2016 ХIV Научно-практическая конференция с международным участиемСовременные технологии лечения витреоретинальной патологии -...

Совет экспертов, посвященный обсуждению первого опыта использования новой офтальмологической системы CENTURION®Совет экспертов, посвященный обсуждению первого опыта исполь...

HRT/Spectralis* Клуб Россия 2015 – технология, ставшая незаменимой!HRT/Spectralis* Клуб Россия 2015 – технология, ставшая незам...

Три письма пациента. Доказанная эффективность леченияТри письма пациента. Доказанная эффективность лечения

Синдром «сухого» глаза: новые перспективыСиндром «сухого» глаза: новые перспективы

Многоликий синдром «сухого» глаза: как эффективно им управлять?Многоликий синдром «сухого» глаза: как эффективно им управлять?

Прошлое... Настоящее! Будущее?Прошлое... Настоящее! Будущее?

Проблемные вопросы глаукомы IV Международный симпозиумПроблемные вопросы глаукомы IV Международный симпозиум

Секундо В. Двухлетний личный опыт с линзами AT Lisa Tri и AT Lisa Tri ToricСекундо В. Двухлетний личный опыт с линзами AT Lisa Tri и AT...

Инновации компании «Алкон» в катарактальной и рефракционной хирургииИнновации компании «Алкон» в катарактальной и рефракционной ...

Применение устройств HOYA iSert Toric. Применение торических ИОЛ HOYA iSert Toric в рефракционной хирургии катарактыПрименение устройств HOYA iSert Toric. Применение торических...

Рейтинг@Mail.ru